Вознесенский храм на Елеоне«Долго сидел там на своей высокой колокольне и раздумывал о временах далеко-будущих. Роды родов будут подниматься на высоту, где я сижу, а о чем будут думать они?… Вероятно, не о том, кто доставил им случай полюбоваться на целокупный образ вечно-вещей Палестины.»
(Из дневника Антонина Капустина 1886)

К востоку от Иерусалима за Кедронской долиной возвышается Елеонская или Масличная гора, самая высокая из вершин Иудейских гор, окружающих Иерусалим. Эту гору называют еще горой Вознесения, так как с нее вознесся к Своему Небесному Отцу Иисус Христос. С горы Вознесения открывается великолепный вид на Иудейские и Моавитские горы, Мертвое море и единственная незабываемая панорама Старого Иерусалима и окрестностей. Невольно появляется ощущение, будто смотришь в лицо Святаго Града Иерусалима.
В библейские времена Елеон служил местом приюта для жителей Галилеи-рыбаков и крестьян, приходивших на поклонение в Храм Соломона. Но самым символичным и глубинным образом Масличная гора связана с земной жизнью Иисуса Христа — Вознесением, Его молитвой, проповедью и пророчеством о Иерусалиме и Храме. В то время западный склон Елеона был густо покрыт масличными деревьями. Здесь в Гефсиманском саду любил бывать Иисус со своими учениками, находя приют Своей кроткой и мирной душе. «Днем Он учил в Храме, а ночи, выходя, проводил на горе, называемой Елеонскою» (Лк. 21, 37).

Елеон и Гефсимания освящены также воспоминаниями о пребывании здесь Пресвятой Богородицы, любившей посещать места связанные с земной жизнью Ее Сына Иисуса Христа. Предание говорит о том, что на Елеоне находился камень, на котором стояла Дева Мария, когда Ее Божественный Сын возносился на небо. Отсюда смотрела Она с грустью на побиение камнями архидиакона Стефана и молилась за него. Здесь в Гефсиманском саду Она завещала погребсти свое тело, явившись апостолам на воздухе по своем Успении и телесном вознесении на небо, здесь даровала Свой пояс, сбросив его в утешение апостолу Фоме и всем нам.
В первые века христианства при царствовании Константина и Елены и в период расцвета Византийской Империи Елеонская гора благоукрашается множеством храмов, приютов и монашеских обителей. Персидское нашествие в 614 году буквально стерло с лица земли все христианские храмы на Елеоне и разрушило монашескую жизнь ее обителей. Арабское завоевание, крестовые походы, вновь захват Палестины мусульманами и многовековое их господство в Святой Земле изменило лик Иерусалима и Елеонской горы и создало неповторимый колорит религиозного смешения, который сохраняется и сейчас.

До середины 19-го века Елеонская гора оставалась пустынной и малонаселенной, лишь гробницы на склонах и в Гефсиманском саду да одинокий минарет на вершине горы разнообразили унылый пейзаж. Первыми в Палестине начали покупать земли миссионеры францисканцы. Еще в 17-м веке ими был куплен и обустроен Гефсиманский участок земли у подножия Елеонской горы с древними масличными деревьями. В середине 19-го века они приобрели участок на вершине Елеонской горы, где согласно преданию Господь наш Иисус Христос преподал Своим ученикам молитву «Отче наш», и там устроили на средства графини де ла Тур д’Овернь монастырь Pater Noster.

Православная Царская Россия не хотела оставаться в стороне, видя в Палестине такую активную миссионерскую деятельность францисканцев. В лице первых Начальников Русской Духовной Миссии и консулов она начала также приобретать участки земли на постройку приютов для православных паломников из России.

Самым активным «покупателем» земель оказался русский монах, четвертый Начальник Русской Духовной Миссии Архимандрит Антонин Капустин, который буквально соперничал с графиней де ла Тур д’Овернь, кто раньше купит землю в частное владение — Православная Россия или Римо-Католическая Франция. Глубокий знаток археологии и восточной дипломатии о. Антонин, ревностный строитель Русской Палестины, приобретает у разных владельцев один за другим смежные земельные участки на вершине Елеонской горы, переводя их в русское владение. Из этих приобретений составился общий участок, на котором позднее были построены знаменитая колокольня, именуемая «Русской свечей», Спасо-Вознесенская церковь, часовня святого Иоанна Предтечи, приют для паломников и собственный археологический музей, где о. Антонином были собраны найденные и приобретенные экспонаты. На месте, где сейчас возвышается колокольня, была обнаружена древняя мозаика с надписью: «Хоратия-Игумения женского монастыря армянок». При раскопках участка земли под постройку храма были найдены базы колонн древнего Византийского храма, а к востоку от них основание иконостаса в том виде, как он делался в прежнее время, остатки малого южного входа в церковь, части мраморного пола, плита с греческой надписью, в которой говориться о какой-то Феодосии. «Недавно напали на целую кучу золотой мозаики и множество кусков белого мрамора, — пишет в своем дневнике о. Антонин, — несомненно тут была церковь. Да будет она и опять некогда, по благословению Воздвигшего тут руце Свои и благословившего всякое доброе начинание! Должно сознаться, что мы хотя (сравнительно) и поздно являемся собственниками в Святой Земле, но приобретаем все хорошие вещи». Рядом с храмом при постройке дома нашли Византийскую мозаику, гласящую: «Феодосия — главная кувикулария при дворце Юстиниана». Эту мозаику и сейчас можно увидеть в приемной игуменского дома. Над армянской мозаикой конца 5-го века была построена часовня Первого и Второго Обретения главы святого Иоанна Предтечи. «Открытый в одном месте, — как пишет о. Антонин, — на незначительной глубине в земле остаток великолепного мозаичного пола с изображением птиц, рыб и прочего, весьма похожий на сохранившийся в церкви Крестного монастыря и составляющий одну из редкостей Палестины», — изображает флору и фауну Святой Земли. В центре мозаики — телец, как символ жертвенного заклания, хлеб и рыба — символы Евхаристии. 

Отец Антонин Капустин уделял много внимания и времени благоустройству Елеонского участка, радовался археологическим находкам и как опытный археолог знал их значимость для последующих поколений.

На средства русской православной паломницы А.И. Кадышевой, которая в 1871-м году жила в Иерусалиме начались работы по раскопкам мозаики и постройке архимандричьего дома над ней. «Положительно можно сказать, что до настоящего времени еще нигде в Палестине подобной мозаики найдено не было, и ее можно сравнить разве только с работами, находимыми в Помпее. Надо было видеть радость О. Архимандрита и удивление присутство¬вавших лиц. Но для истинного ученного эта находка была бы вполне интересна только в том случае, если бы тут была какая-нибудь надпись. И в этом отношении О. Архимандрит был совершенно удовлетворен. У северного бордюра сохранилась не тронутая временем надпись на древне-армянском языке, гласящая, что это могила блаженной Шушаник, матери Артабана. Февраля 18-го». Таким образом О. Архимандрит открыл роскошнейший памятник 6-го века» — пишет в своей статье «Русские раскопки на Елеонской горе» управляющий российским консульством в Иерусалиме С. М. Дмитревский.

Ближайшим помощником отца Антонина и преданным его учеником был отец Парфений (Нарциссов), который позднее был назначен игуменом Елеона. Он был неутомимым тружеником не только в молитве, но и в возделывании Елеонского участка, насаждении деревьев и масличного сада. Злодейская рука оборвала его жизнь. Он был убит топором в своем домике в 1909-м году.

С августа 1873 года о. архимандрит начал заниматься постройкой Елеонского храма. «Проживавшая в Иерусалиме Г.А. Волкова, заинтересованная открытиями О. Архимандрита пожертвовала 100 наполеондоров на нужды Елеона. Эта неожиданная помощь заронила в голову О. Архимандрита смелую мысль осуществить свое заветное желание выстроив на Елеоне русскую церковь в честь Вознесения Христова. Конечно, 100 наполеондоров при этом, можно сказать, ничто не значили; но если Г-жа Волкова, при своих скудных средствах, могла оказать посильную помощь, то отчего-же и другие не взяли бы с нея примера» — пишет С.М. Дмитревский. Проект храма был разработан самим отцом Антонином. Он мечтал видеть на Елеонской вершине маленькую Константинопольскую Софию. Главной особенностью проекта был купол, возведенный без традиционных подпорных колонн. В этом ему помог, как пишет тот же С.М. Дмитревский, — «…какой то итальянец, усвоивший вполне идею О. Архимандрита.» «Смелый проект О. Архимандрита поставить купол непосредственно на стенах церкви и научные соображения его по этому предмету так заинтересовали Графа (Строгонова), что по выезде из Палестины он не преминул пожертвовать О. Архимандриту 7000 франков на осуществление его идеи». При мощении пола, все части мраморных плит, найденных при раскопках, были тщательно выложены в том же порядке, как и были найдены, а промежутки заполнены новыми плитами. Древние базы колонн и основание иконостаса остались нетронутыми. Оставалось только расписать храм и поставить иконостас, чтобы приготовить церковь к освящению.» Так как она была сооружена в честь Вознесения Христова, то О. Архимандриту хотелось изобразить это событие в самом куполе, так, чтобы возносящийся Иисус Христос приходился по середине купола, а апостолы и другие лица — между окнами, с ликами, обращенным на Спасителя» (С.М. Дмитревский).

Храм был освящен 7 мая 1886-го года Иерусалимским Патриархом Никодимом.

В конце 1884-го года Архимандрит Антонин заложил фундамент колокольни. Место для нее было выбрано на самой высшей точке Елеонской горы. «Отсутствие всякой огласки, — пишет С.М. Дмитревский, — и громкого напоминания о себе составляет отличительную черту деятельности его в Палестине… Он никогда не позволял себе протягивать, так сказать, руки для того чтобы вызвать человека на пожертвование… тем не менее, деятельность эта оставляет по себе такие глубокие следы,что нет человека, без различия национальности, побывавшего в Святой Земле, который не был бы чем-нибудь обязан начальнику нашей Духовной Миссии… Между всеми этими зиждителями Элеонского храма первое место безспорно принадлежит Соликамскому купцу Александру Рязанцеву. Узнав о намерении О. Архимандрита выстроить на Елеоне колокольню, он заказал в Москве роскошнейший колокол в 308 пудов с замечательной орнаментацией из горельефов и надписей и доставил его до самой Яффы. Можно с уверенностью сказать, что этот колокол в настоящее время не имеет себе подобных во всей Палестине, как по величине, так и по красоте отделки. Даже трудно предположить, чтобы в недалеком будущем повторилась здесь перевозка и постановка на место такой колоссальной вещи. Это мог сделать только русский поклонник, одушевленный безграничной любовью к своей святой вере».
В октябре 1888-го г., во второй приезд великих князей Сергея и Павла Александровичей и великой княгини Елисаветы, о. Антонин самолично показывает им Елеонскую Московию: храм, колокольню, древнюю мозаику, паломнический приют.

До конца дней своей жизни о. Антонин заботился о благоустройстве Елеонского участка и его церкви, которую ласково называл «моей ненаглядной красавицей.» Преставился отец Антонин накануне праздника Благовещения 24 марта/6 апреля 1894-го года на 77-м году жизни и погребен в северной части Спасо-Вознесенского храма. Земли, зарегистрированные на имя отца Антонина, были переоформлены по его завещанию на имя Русской Духовной Миссии.

Дневник или «Повесть временных лет», как его называл сам отец Антонин, в котором усердно, подробно, часто с тонким юмором, на протяжении полувека записывал события происходившие с ним в Киеве, в Афинах, Константинополе и Святой Земле, он завещал Святейшему Синоду РПЦ. Сейчас Дневник отца Антонина представляет огромную ценность, как достоверный письменный источник тех лет, ярко раскрывающий картины жизни Русской Миссии и ее насельников. «Именно ему, подвижнику-одиночке, не оцененному современниками и лишь теперь в своем значении предстоящему перед потомками, мы обязаны тем уникальным историческим наследием, которое называется Русской Палестиной», — так писал профессор А.А. Дмитриевский по поводу десятилетия со дня кончины отца Антонина в своей статье “Начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме архимандрит Антонин (Капустин) как деятель на пользу православия на Востоке, и в частности в Палестине” (1904).

В 1906 году была утверждена при Елеонском храме женская община, которая наконец – уже в новую эпоху – в 1924 году, по ходатайству главы Русской Зарубежной Церкви, митрополита Антония (Храповицкого), и по благословению Патриарха Иерусалимского Дамиана стала вполне официально Спасо-Вознесенским женским монастырем.

Первой настоятельницей женской общины была назначена монахиня Евпраксия (Миловидова). С 1910 года с началом Русско-Турецкой войны наступило тяжелое время для обители. Главный храм был опечатан. Духовенство, Начальник Миссии, игумения и казначея были высланы из Иерусалима в Александрию. На территории монастыря разместился отряд турецких солдат. Сестры остались сиротами, без средств к существованию. Храм был вновь открыт для богослужения, по ходатайству Иерусалимского Патриарха, и возвращены из изгнания игумения и духовенство. В эти годы особенно проявилось заступничество Пресвятой Богогодицы через Ее образ, который позднее сестры стали именовать «Скоро-послушницей». Эта икона, написанная на холсте — список Черниговской — стала особо чтимой на Елеоне иконой Божией Матери, праздник которой в обители отмечают 9/22 Ноября. Есть в Елеонском храме еще одна почитаемая икона Божией Матери, называемая «Взыскание Погибших». Это обетная икона — дар благодарных русских паломников, спасшихся от гибели в Средиземном море. Таких дарственных икон в Елеонском храме много: большой образ святого Василия Рязанского, возможно дар Рязанских купцов, Муромская икона Божией Матери и другие. Есть в Игуменском доме образ Царицы Небесной — «Троеручица». Праздник ее отмечают 28 июня/11 июля торжественным крестным ходом вокруг всей территории монастыря. В этот день в 1927-м году произошло страшное землетрясение, разрушившее многие постройки на Святой Земле. Колокольня — «Русская свеча» грозилась обрушиться на храм. Сестры усердно молились Божией Матери предотвратить разрушение их обители. Царица Небесная услышала их молитвы: храм, колокольня и постройки остались неповрежденными.

Одной из настоятельниц была матушка игумения Тамара — в миру великая княгиня Татиана Константиновна Романова. Со смирением, мудростью и любовью управляла она Елеонской обителью 25 лет с 1950 по 1975 гг. На протяжении многих десятилетий не прерывалось Богослужение в Елеонской обители, где сейчас есть три храма: соборный — Спасо-Вознесенский, трапезный — Святого Филарета милостивого и часовня Первого и Второго Обретения главы св. Иоанна Предтечи.

Сбылась мечта о. Антонина Капустина. Елеонский монастырь живет сейчас полноценной монашеской жизнью, его посещают паломники не только из России, но и других стран и многие из них с благодарностью вспоминают имя ее основателя и неутомимого труженика, о. архимандрита Антонина Капустина.